Мы используем cookies для стабильной работы сайта, сохранения базовых настроек и понимания полезности страниц. Вы можете принять, отклонить или посмотреть настройки перед продолжением.
От первых сколков до признания в мире высокой моды — путь длиной в два десятилетия.
Узнать больше о мастерахВ маленькой комнате на окраине города Исаұлы Ыстамбақы начала плести первые воротнички по вологодским сколкам. Через год к ней присоединились две ученицы, и мастерская переехала в просторное помещение с видом на старый парк.
После стажировки в Бельгии Адырбайқызы Шырынгүл привёз технику фламандского плетения. Первая скатерть, выполненная в смешанной технике, получила серебряную медаль на республиканской выставке народных промыслов.
Заказ от дизайнера из Алматы на фату для невесты стал поворотным моментом. С тех пор свадебные аксессуары — воротнички, манжеты, фаты — составляют 70 % портфеля заказов. Одна фата потребовала 340 часов работы.
Кружевные элементы появились в коллекции казахстанского бренда премиум-класса. Лұқпанқызы Асылтас разработал уникальный узор для жакета, который демонстрировался на неделе моды в Париже. После этого число заказов от дизайнеров выросло втрое.
Оцифрованы 1200 сколков, запущен сайт с возможностью заказа по индивидуальному эскизу. Сегодня в команде — 12 мастериц, каждая владеет минимум двумя техниками плетения. Среднее время выполнения заказа — 45 дней.
Каждый этап — это десятки тысяч переборов коклюшек, сотни метров льняной нити и бессонные ночи над сколком.
Основание мастерской
В 2012 году мы открыли первую мастерскую в Алматы, объединив традиции вологодского и брюггского плетения. С самого начала мы делали ставку на ручной труд и индивидуальный подход к каждому заказу.
Первая свадебная коллекция
В 2015 году создали серию из 12 кружевных фат и воротничков для невест. Коллекция была представлена на выставке «Свадебный мир» и получила заказы от дизайнеров из Казахстана и России.
Работа с Haute Couture
С 2018 года сотрудничаем с домами моды, поставляя эксклюзивные кружевные элементы для премиальных коллекций. Один воротничок может требовать до 200 часов ручной работы мастерицы.
Запуск производства кружева на коклюшках по вологодской и брюггской технике. Первые 5 мастериц.
12 моделей фат и воротничков ручной работы. Участие в профильной выставке, первые оптовые заказы.
Начало сотрудничества с дизайнерами премиум-сегмента. Разработка индивидуальных эскизов для подиумных показов.
Добавление скатертей, салфеток и манжет. Запуск направления «кружево по эскизу заказчика».
Участие в международной биеннале кружева. Получение награды за сохранение традиций плетения.
Мы — мастерская «КружевоКоклюшки», где традиции вологодского и брюггского плетения обретают новую жизнь. Каждое изделие создаётся вручную на коклюшках: от свадебной фаты до манжеты для платья премиум-класса. Наша работа — это ювелирная точность нитей, где один воротничок требует до 200 часов кропотливого труда.
Мы работаем с невестами, которые ищут уникальный винтажный или бохо-образ, с дизайнерами, создающими коллекции haute couture, и с теми, кто ценит настоящее ремесло. Каждый узор — это диалог с историей: от мерного вологодского сколка до фламандской вилюшки.
Наш тон — спокойный и уважительный к традиции, без громких слоганов. Мы не обещаем «трансформацию», мы предлагаем вещь, которая будет жить десятилетиями.
Мы существуем, чтобы кружево ручной работы не стало музейным экспонатом. Каждый наш воротничок, скатерть или фата — это не просто аксессуар, а диалог с традицией, где нить ложится по сколку, а коклюшки перебираются в том же ритме, что и сто лет назад.
Наш принцип — никакой имитации. Только натуральный лён, хлопок или шёлк, только ручное плетение, только индивидуальный подход к эскизу. Мы не штампуем, а выплетаем: один воротничок может потребовать до двухсот часов работы, и это не недостаток, а главная ценность.
Для нас важно, чтобы клиент — будь то невеста в поиске винтажного образа или дизайнер премиум-коллекции — получил не просто вещь, а часть культурного кода, которая будет носиться, передаваться и вдохновлять. Мы за то, чтобы кружево оставалось живым, а не лежало под стеклом.